«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

История успеха.

В конце девяностых один из богатейших людей Франции Франсуа Пино вышел за покупками и набрал много роскоши: аукционный дом Christie’s, Gucci, Yves Saint Laurent. Через пару лет в этот же пакет легли Balenciaga и Alexander McQueen. Но между исключительно звездными бизнес-активами затесалось кое-что удивительное: примерно в это же время, в 1998-м, Пино купил футбольный «Ренн». 

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

Зачем – никто не мог понять очень долго. «Ренн» примерно никогда не был топом по французским меркам. В 80-е это вообще была команда-лифтер, обладатель антирекорда по количеству последних мест в чемпионате Франции (4).

Со временем стало понятно: это детская мечта сына и эмоциональная привязанность к родному региону. Окна комнаты сына Франсуа Пино долго выходили на «Рут де Лорьян» – до 16 лет он смотрел на стадион, где мечтал играть сам, но в итоге только подавал мячи. В 1971-м он вместе с отцом-бизнесменом с трибун видел, как «Ренн» взял Кубок Франции, последний титул на долгие-долгие десятилетия вперед. Пино-старший никогда не был замечен в привязанности к футболу, но ему хотелось порадовать сына и прославить регион.

«Эмоции, которые дарит футбол, не найти в деловой жизни, – подтверждал Франсуа Пино в 2019-м, когда «Ренн» обыграл «ПСЖ» в финале Кубка и взял первую чашку за 48 лет. – Если в бизнесе мы успешно поглощаем другую компанию, у нас, конечно, есть эмоции, но не такие сильные».

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

К такому уровню и к таким эмоциям «Ренн» шел очень долго. В последние 20 лет он перестал быть лифтером, почти не выпадал из десятки, но гораздо сильнее был поглощен локальной борьбой с соседями – «Нантом» и «Генгамом»

Причем, несмотря на поддержку от владельца-миллиардера, «Ренн» в этой компании долго считался бедным родственником. Его главный соперник «Нант» восемь раз брал чемпионство, трижды Кубок Франции и выходил в полуфинал Лиги чемпионов. 

Сравниться титулами с «Нантом» «Ренн» не может и сейчас. А десять лет назад у команды появился новый соперник – выскочка «Генгам» из маленького бретонского города на шесть тысяч человек. Причем «Ренн» дважды выходил в финал Кубка Франции – и оба раза проиграл там «Генгаму». В 2009-м «Генгам» играл в Лиге 2, а в 2014-м – болтался на дне Лиги 1. 

Поражение от маленького соседа закрепило за «Ренном» статус клуба-неудачника. Дополняют этот образ постоянные четвертые места и поражение в финале Кубка Лиги от «Сент-Этьена».

В общем, «Ренн» и близко не элита французского футбола.

«Ренном» управляет одна из богатейших семей Франции. Владелец сколотил состояние на лесе, теперь империя в руках у сына, который хотел быть футболистом

Пино никогда не станет мириться со статусом лузера, вся его биография – про упертость. Восхождение к миллиардными активам Франсуа начал на отцовской лесопилке в Бретани. В шестнадцать предложил папе расширить бизнес, а когда отец отказал – бросил школу и уехал на войну в Алжир.

После смерти отца Пино, накопив стартовый капитал, никого не слушал: продал лесопилку и создал свою компанию Établissements Pinault, торговавшую древесиной в промышленных масштабах. Вскоре она стала лидером по производству во всей стране, и, чтобы ускорить темпы роста, в 1973-м Пино продал дистрибьютора Pinault Distribution за 80 миллионов франков. На вырученные деньги он купил банкротившиеся небольшие организации в сфере производства и продажи древесины.

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

Дальше Пино только расширял портфель инвестиций: спекулировал на рынке сахара, который с 1966-го по 1974-й вырос в 47 раз. Потом сдвинул акцент с производства на дистрибуцию древесины, купив мебельные сети Conforama и La Redoute, потом к ним добавились магазины электроники Le Fnac.

В 90-х Пино создал компанию Artemis, которая объединила активы в медиа (Le Point и La Chapelle), одежде (Puma), спорте («Ренн») и моде (Gucci, Yves Saint Laurent, Boucheron, Brioni, Balenciaga и прочее).

Сейчас Forbes оценивает состояние Пино в 27 миллиардов долларов. Это в два с половиной раза больше, чем у Романа Абрамовича («Челси»), в четыре раза больше, чем у Рыболовлева («Монако») и Федуна («Спартак»), в восемь раз больше, чем у Сергея Галицкого («Краснодар»). Вообще, в России Франсуа Пино стал бы самым богатым человеком в списке Forbes.

Так вот об упорстве и попытке переломить плохую историю «Ренна» из родной Бретани.

«Люди думали, что Пино быстро наиграется и бросит клуб, – писал автор биографии бизнесмена Жан Боторель. – Но я был уверен, что это не так. Пино хотел отомстить всем, кто не верил в него».

На старте Пино явно применял к футболу свою бизнес-стратегию: агрессивные инвестиции в самые проблемные места компании в расчете на рост уже в среднесрочной перспективе. Так зародилась идея о масштабной трансферной кампании-2000/01, которая должна была подкинуть «Ренн» в таблице. Клуб продал форварда Шабани Ндонда в «Монако» за 20 миллионов евро, а потратил сразу 37 (для сравнения: «Лион», который как раз захватывал власть, ограничился 28 миллионами). 

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

Вместо Ндонда «Ренн» рискованно приобрел бразильца Северино Лукаса за 140 миллионов франков (21,3 млн евро), на долгое время побив трансферный рекорд. «Его ждали как мессию», – вспоминал защитник «Ренна» Ламин Диатта. Но сделка провалилась. «Давление меня сломало. Приходилось постоянно объяснять, что я не трогал и не требовал эти 140 миллионов сам, – рассуждал бразилец. – Но я виню только себя, ведь не попросил помощи у клуба, когда еще не было поздно. Не попытался переломить ситуацию».

Северино забил всего 11 раз в 84 матчах и стал символов необдуманных трат – а это репутационный крах, которого Пино реально опасался. «Ренн» отказался от тактики агрессивных закупок и в 2002 году принял большую стратегию развития академии (об этом – ниже). А Северино завершил карьеру в «Токио», так и не став звездой.

Пино-старший никогда не въедался в частности управления клубом. С ним согласовывали ключевые решения, а он держался от команды на расстоянии. Смотрит матчи с трибуны или планшета, если находится за рубежом, но не более.

«Когда «Ренн» выиграл Кубок Франции у «ПСЖ» в 2019-м, мы устроили торжественную церемонию в ратуше в Ренне, – рассказывал бывший президент «Ренна» Рене Руэлло. – Мы ждали игроков, а Франсуа стоял на балконе и глядел вниз на собравшуюся толпу. Он обернулся и сказал: «Вы видите, как счастливы люди?». Его это радовало даже больше, чем клубный трофей».

Такую оценку подтверждает и председатель совета директоров «Ренна» Жак Деланоэ: «Пино хотел что-то вернуть Бретани, которая воспитала его и дала стартовые возможности».

Сейчас всей бизнес-империей семьи Пино управляет сын – Франсуа-Анри. И это похоже на исполнение детской мечты многих парней – ты управляешь любимым клубом в реальной жизни. Когда-то он подавал игрокам «Ренна» мячи, а теперь согласовывает трансферы, принимает решение о реконструкции стадиона и строительстве новой базы, отбирает президентов. 

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

«Возможно, я не уделял «Ренну» достаточно внимания и не дал ему достаточных ресурсов, чтобы клуб поднялся выше, но у меня не было на это времени, – говорил Пино-старший летом 2019 года. – Я предпочел найти людей, которые разбираются в этом получше меня, а год назад передал вообще все ключи сыну. И у него получается уже лучше: видите, мы выиграли Кубок». В следующем сезоне «Ренн» забрался на третье место – и когда наступила пандемия коронавируса, эта замороженная позиция вывела команду в Лигу чемпионов.

Говоря о полной передаче власти сыну, Франсуа Пино немного лукавил. В феврале 2020-го он, вопреки озвученной системе, уволил генерального менеджера Оливье Летанга (бывший заместитель Леонардо в «ПСЖ»), которого приглашал сын Франсуа-Анри. По информации France Football, владелец вмешался из-за конфликта Летанга с главным тренером – а Пино-старший совсем не хотел расставаться с молодым и очень ярким Жюльеном Стефаном.

Другой важный член семьи Пино – супруга Франсуа-Анри актриса Сальма Хайек.

«Когда мы с мужем приходим на матчи во Франции, обстановка совсем другая [по сравнению с Мексикой, родиной Сальмы], – рассказывала Хайек в интервью Джимми Киммелу. – Мы всегда сидим в вип-ложе. Туда приходят важные люди – как Франсуа Олланд или Николя Саркози. Я привыкла, что в Мексике люди сходят с ума по футболу. Много жестикулируют, эмоционально реагируют. А тут Франсуа-Анри постоянно говорит: «Успокойся, дорогая». Все ведут себя тихо. Знаете, как они празднуют забитый гол? Они спокойно говорят: «But» (гол по-французски – Sports.ru). А мне хочется кричать: «Голасо!»

Неизвестно, насколько Хайек любит футбол. На матчах ее видели всего пару раз вместе с мужем, хотя в немногочисленных интервью о спорте она говорит с большим интересом.

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

«Ренн» поднялся за счет грамотного управления. У него одна из лучших академий в стране 

Главная гордость «Ренна» – академия, которая 6 лет подряд признавалась лучшей во Франции (2006-2011) и позволяет не беспокоиться ни за глубину состава, ни за трансферные доходы.

Система была заложена как раз после трансферного провала с Северино Лукасом. В 2002-м генеральный менеджер Пьер Дреосси постановил: 50 процентов игроков в заявке должны составлять воспитанники академии. Во многом план выполняется – и особенно «Ренн» преуспел в воспитании полузащитников (53% игроков, ставших профи после выпуска, играют в центре поля). 

Полузащитники еще и хорошо продаются. Именно «Ренн» открыл Гуркюффа, Бакайоко, Мвила, Браими и Усмана Дембеле. Практически все – кроме Бакайоко – попали в основу уже в 17 лет.

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

База этого успеха – отбор. В начале нулевых академия начала принимать пацанов со всей Франции, а не только из Бретани. Изменилась и философия – не выигрывать турниры, а готовить футболистов к основной команде. .

«Отбор – это основа эффективного тренировочного центра. Но цель не в том, чтобы найти игрока, а в том, чтобы подобрать подход к нему. Многие скауты видели Гризманна и многих других талантливых ребят, но мало видеть – надо подписать», – говорит Патрик Рампильон, возглавлявший академию «Ренна» 30 лет (до 2018-го). 

Эталонный пример – Усман Дембеле. «Ренн» разглядел его на одном из матчей в Нормандии (север Франции), но стартовой точкой перехода считает поиск жилья для его семьи в Бретани (северо-запад). Только после такой заботы Дембеле отпустили в «Ренн». А потом клуб продал его «Боруссии» за 15 миллионов евро.

«Если бы я выписал всех классных ребят, которые от нас уехали, можно было бы собрать прекрасный состав. Но это все мечты, а футбол эволюционирует, он подвижен, все меняется», – рассуждает Рампильон. 

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

У «Ренна» налажена схема. Клуб продает самых талантливых воспитанников за 8-15 миллионов евро в финансово более мощные французские клубы. Обычно это «Марсель», «Монако» или «Лион». 

Полученные деньги красно-черные вкладывают в качественных, но уже опытных игроков из Лиги 1 и талантливых европейцев или африканцев из скандинавских чемпионатов. Первых – для усиления состава, вторых – для перепродажи.

Так «Ренн» когда-то открыл Кима Чельстрема и Андреаса Исакссона из «Юргордена», Петра Чеха и Томаша Коубека из «Спарты», Камиля Гросицкого из «Сивасспора». 

До 2017 года французы постоянно проводили профицитные трансферные окна, но при президенте Оливье Летанге поменяли уровень инвестиций. «Ренн» захотел подняться на новый уровень, чтобы играть в Лиге чемпионов, и вложил сразу 50 миллионов евро в молодежь.

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

Принципы остались те же: покупка перспективных игроков и продажа через пару лет. Так французы за два года заработали 13 миллионов на Исмаиле Сарре (перешел в «Уотфорд»), 4,5 на Томаше Коубеке (перешел в «Аугсбург») и 16,4 за год на Эдуаре Менди («Челси»).

Пока инвестиции оправдываются, но трансферную бизнес-модель все равно нельзя возносить из-за риска. Чем больше сумма вложений и количество новичков, тем выше вероятность селекционной ошибки.

Поэтому текущий успех «Ренна» – это не просто успешные трансферы, но и:

  • стабильная академия, в которую клуб вкладывает по 7 миллионов евро в год. Причем 5 лет назад «Ренн» провел важную реформу, добавив сотрудничество со всеми крупными любительскими клубами Бретани (чтобы не упустить прогрессирующих). В топ-5 лиг играют уже 25 воспитанников «Ренна» (35 – во всех лигах Европы).
  • Эдуардо Камавинга – очевидно, главная молодая звезда страны после Мбаппе. Дебютировал за Францию в 17 лет и уже стоит 50 миллионов евро, его давно ведет мадридский «Реал».
  • около 100 миллионов евро бюджета (в России больше только у «Зенита», во Франции – шестое место). Сумма удвоилась с сезона-2017/18.
  • 40-летний тренер Жюльен Стефан, который умеет работать с молодыми и перспективными. Сын помощника Дидье Дешама работал в юношеской команде с Усманом Дембеле, Тьемуэ Бакайоко и Жорисом Ньяньоном («Севилья»).
  • спортивный директор Флориан Морис, которого «Ренн» весной 2020-го увел у «Лиона» – там он возглавлял скаутскую службу. «Нельзя смотреть в таблицу и говорить, что я перешел в менее амбициозный клуб. «Ренн» скоро станет очень большим», – пообещал Морис, и уже летом клуб потратил 71 миллион евро. Топ по стоимости: за рекордные 26 млн «Ренн» взял вингера «Андерлехта» Жереми Доку (его уговаривал лично владелец Пино-старший), за 15 млн – форварда Серу Гирасси, за 12 – полузащитника «Лиона» Мартена Терье, за 10 нашлась замена Менди – вратарь «Дижона» Альфред Гомис.

«Ренн» – французский «Краснодар». Владелец (в 8 раз богаче Галицкого) вложился в город и после трансфера-провала создал успешную академию

Так что «Ренн» – яркий клуб с перспективным тренером, молодым составом и правильным позиционированием. 

Здоровый французский «Краснодар», которому тоже очень нужна победа, чтобы избавиться от прозвища «клуб лузеров».

Пацан из «Ренна» дебютировал за сборную в 17 и забил Украине ударом через себя. Он очень похож на Погба, только гораздо лучше обороняется

У соперника «Краснодара» яркий тренер: дружит с юными звездами, сработался даже с Дембеле, доверил центр поля 16-летнему

Подписывайтесь на новый телеграм-канал и читайте один топовый лонгрид Sports.ru каждый день

Фото: East News/AP Photo/Luigi Costantini, EIGNEUX/SIPA, AP Photo/David Vincent; globallookpress.com/Panoramic/ZUMAPRESS.com

Источник: sports.ru

Оставить комментарий

Ваш емайл не будет опубликован.

2 + шестнадцать =